?

Log in

No account? Create an account
I.

зло в больших городах
правит властью своей
излучается страх
миллионом огней
человек одинок
в паутине его
многолюдный поток
и вокруг никого
все слова здесь обман
все события - сон
ядовитый дурман
ночь последних времён
прорывается тьма
сквозь сознанья фасад
для души и ума
город - истинный ад

II.

Возвращенье монголов
Европейцам - капут
Ватикан богомолит
Небеса не спасут
Тьма нахлынет за тьмою
Из восставших степей
Морем мора накроет
Стадо жирных свиней
И телами украсит
Все столбы фонарей
Кровью немцев окрасит
Их отравленный Рейн
Read more...Collapse )
Людскою кровью грязны панели,
Здесь лишь недавно закончен бой,
Еще порою разрыв шрапнели
Дымком повиснет над головой.

Стрельба и крики. Матросы взяли
Вокзал и город. Дома в огне,
— «Что там, товарищ? Кого поймали?
— «Должно быть, белый». — «Давай к стене!»

Короткий выстрел… Потоки брани,
Вершит победу звериный пир.
На всех достанет кровавой дани
И сытым красный уснет вампир.

Всю ночь расстрелы, грабеж, облавы.
Несут добычу на поезда,
А в черном небе, взойдя кроваво
Пятью лучами горит звезда.
Пусть я убит под Ахеpоном,
И плоть моя досталась псам,
Оpел шестого легиона
Как пpежде, pвется к небесам.

Пусть pуки в кpовь, но мы не pопщем,
Hа pаны плюнь - не до того.
Пусть даст пpиказ Тибеpий Август,
Мы с честью выполним его.

Под палестинским знойным небом,
В сиpийских шумных гоpодах
Пpедупpеждение квасега
Заставит вздpогнуть дух вpага

От Африки до Альбиона,
Бросая тень на Херсонес
Орёл шестого легиона
Парил над куполом небес

Вновь на границе неспокойно
Hад Римом грянула гроза
Орлы могучих легионов
Взмывают гордo в небеса!

Среди доспехов перезвона
В сердца врагов вселяя страх
Орёл шестого легиона
Как прежде реет в небесах!

Век смертных очень скоротечен
Hо память павших мы храним
Легионер вообще не вечен
Hо слава Зевсу, вечен Рим.

Пусть я давно в плену Харона
Душа моя осталась там
Где знак шестого легиона
Всё так-же рвётся к небесам!

Когда наш Цезарь встанет с трона
И все войска возглавит сам
Орлы несчётных легионов
Взовьются снова к небесам!

Пусть я убит под Ахеpоном,
И плоть моя досталась псам,
Оpел шестого легиона
Как пpежде, pвется к небесам.

Власть поменялась!

Вся реклама удалена! Отныне в сообществе действует пре-модерация!
Под командирами на месте
Крутились лошади волчком,
И в глушь березовых предместий
Автомобиль прошел бочком.

Война гражданская в разгаре,
И в городе нежданный гам, -
Бьют пулеметы на базаре
По пестрым бабам и горшкам.

Красногвардейцы меж домами
Бегут и целятся с колен;
Тяжелыми гудя крылами,
Сдалась большая пушка в плен.

Ее, как в ад, за рыло тянут,
Но пушка пятится назад,
А в это время листья вянут
В саду, похожем на закат.

На сеновале под тулупом
Харчевник с пулей в глотке спит,
В его харчевне пар над супом
Тяжелым облаком висит.

И вот солдаты с котелками
В харчевню валятся, как снег,
И пьют веселыми глотками
Похлебку эту у телег.

Войне гражданской не обуза –
И лошадь мертвая в траве,
И рыхлое мясцо арбуза,
И кровь на рваном рукаве.

И кто-то уж пошел шататься
По улицам и под хмельком,
Успела девка пошептаться
Под бричкой с рослым латышом.

И гармонист из сил последних
Поет во весь зубастый рот,
И двух в пальто в овраг соседний
Конвой расстреливать ведет.
Над развернутой картой плечо с плечом
Штурман и командир.
— Сперва Восточным каналом. Потом
Берегом проведи.
Неприятель дозор несет
У Золотой косы.
Атакуем с рассветом. Все —
И посмотрел на часы.
— Вернемся завтра к вечеру. Здесь
Будем часов в шесть. —
Трос пополз по скользкой воде
И по борту шлепнул: — Есть!
Уходит пристань, стелется дым,
Мол загибается серой дугой,
И клокочет тугой столб воды
За срезанною кормой.
Адмирал знает в судах толк.
Знает, кого послать.
Быстрым ходом бежит «Волк».
Быстрая волчья стать.
Шесть вентиляторов — по два в ряд —
Густо, по-волчьему, рычат,
И глаза людей, глаза волчат,
Смотрят вперед и молчат.
Стекло бинокля протер, смотри:
Впереди, на самом краю воды,
Пятном в золотой полосе зари
Плавает черный дым.
А за дымом тонкая мачта встает.
— Правильно,— командир сказал. —
Боевая тревога! Полный вперед! —
И через минуту:
— Залп!
Эй! Волчьи упругие прыжки,
Только вода кругом свистит.
Стальными зубами стучат замки.
Залп за залпом летит.
А противник медленно повернул,
Блеснул коротким огнем,
И горячий град по лицу хлестнул,
А в сердце рванул гром.
Тишина. Только руки еще дрожат.
Светится золотая мгла.
В воздухе неподвижно висят
Деревья из тонкого стекла.
Застыли длинные спины волн,
Вдали голоса протяжно поют.
Эскадренный миноносец «Волк»
Отдал якорь в раю.
Прекрасно быть легатом легиона,
Честолюбивым молодым Тиберием,
Служить в глухом восточном гарнизоне,
Коль выпадет родиться мне в империи.

Не от войны уставшим, а от мира
Придётся по душе моё известие -
Восстала покорённая Пальмира,
И боги нас благословляют на возмездие.

Как Публий Сципион Корнелий Старший,
Широкой цепью растянув центурии,
Стремительным александрийским маршем
Их поведу сквозь мрак песчаной бури я.

И только заиграет на штандартах Солнце,
Удары дромадерской кавалерии
Обрушатся на фланг, где македонцы
Ей учинят кровавую мистерию.

Воинственная ярость легиона
Пурпурно-красной вспенится испариной,
И запестреют пальмовые кроны
За протараненной стеной катафрактариев.

Промаршируем вдохновенно мы и статно
Под пышными навесами тернистыми,
И встретит нас мятежный город Тадмор,
Ощеренный гигантскими баллистами.

Тут бешено в наш стан ворвётся гибель,
И градом стрел пронзит моих соратников,
И пронесутся каменные глыбы,
Сметающие с сёдел римских всадников.

Подхваченные бешеной пучиной
Из ножен духа извлечём всё несогбенное,
И мощные осадные машины
Мы развернём под вражескими стенами.

По десять одиночных попаданий, -
И зазияют бреши под бойницами.
Переместится в город поле брани,
И вожделенная Пальмира покорится нам!

Там в сумеречном зареве зловещем,
В густом тумане пряном, возбуждающем
Мы силой будем брать красивых женщин,
И насыщать вином очаг пожарища.

Среди объятых пламенем торговых лавок,
Средь праха слабостей, войною выжженных,
Тетрапилон и боевая слава
Вид обретут особенно возвышенный,

И капителей благородные бутоны
Вдруг расцветут во славу победителям!
Могучим - лавры! Горе - побеждённым!
Таков закон Минервы и Юпитера!

И здесь впервые я, солдат, по воле рока
Увижу отрешённое страдание
И христианского злопамятного бога
В глазах забившегося в угол горожанина.
Солдат возвращается с войны
В притихшие города,
Спрашивает: «Я победил в войне?»
Одни говорят, что да,
Другие, что не…

Солдат возвращается с войны
По весне.
Как всегда,
Спрашивает у жены:
«Ты изменяла мне?»
Она говорит, что не…
Соседи, что да.

Солдат возвращается с войны,
Смотрит туда-сюда
И спрашивает, словно во сне:
«Осталось что-нибудь от страны?»
Одни говорят, что да
Другие, что не…

А самые умные говорят:
«Ты опоздал, командир,
Это тебе не сто лет назад
И даже не пятьдесят.
Сейчас вопросы так не стоят,
Кто в войне победил.

Давным-давно написал граф Толстой
Прославленный свой роман,
Сейчас граница между войной
И миром - это обман.

И зря бросал он в романе другом
Изменщицу под паровоз,
Сейчас граница промеж мужиком
И бабой - большой вопрос.

Настали новые времена
И хуй разберешься, блядь,
Где своя страна, где чужая страна,
Да и незачем разбирать.

Ты можешь сказать, что я пидарас,
Ты можешь сказать, что я жид,
Но другого мира господь не создаст,
Придется здесь тебе жить».

Всеволод Емелин - * * *

Война в царстве Снежной королевы
Минус 45 градусов на дворе.
Танки чуть водят хоботками направо-налево,
Как мошки застывшие в янтаре.

Пока еще есть плюс 40 градусов во фляге,
Рота неотвратимо движется навстречу врагу.
Как черные буковки на белой бумаге
Фигурки корячатся на снегу.

Все чувства притупляются этим холодом.
Никто не жалеет, не верит, не трусит,
Никто не спрашивает, по ком звонит колокол,
А это хуячат кувалдой по соскочившей гусенице.

Но та редкая техника, которая в целости,
Продолжает упорно стрелять по врагам,
Хотя они и не вызывают ненависти,
Какая может быть ненависть к снеговикам?

Замерзает на лету приказ «Наступаем!»
Сосед, охнув, роняет голову на плечи,
Вот и еще один стал мальчиком Каем,
Сложившим из осколков свою индивидуальную вечность.

Механик, чье лицо скрыто паром дыхания,
С мясом отрывает пальцы от заиндевевшего дизеля.
И вопреки сводкам информбюро приходит понимание,
Что, похоже, все-таки нас отпиздили.

Если свернуть с просеки длинной,
Сразу увидишь, что вдоль нее нагорожено,
Позже русофоб Бродский назовет это человеческой свининой,
Но у него речь шла о парной, а эта мороженная.

На солдатах шинели, на командирах тулупы.
Воронье не разжиреет на этой войне.
Оно разобьет свои клювы об окаменевшие трупы
И, злобно каркая, будет кружить в стороне.

С тех пор прошли годы и годы,
Но так и не понята ни фига
Эта единственная война, где Мороз-воевода
Был не за нас, а на стороне врага.
Добрый день , дорогие родители
Вам привет из далекой страны
Я пишу вам с освободительной
Белофинской, геройской войны.

В бронетехнике мы превосходим
В самолетах мы всех впереди
Нам вручила оружие Родина
И велела: Иди. Победи.

Не бросался в бою рукопашном
Я на финских горячих парней
На войне совершенно не страшно
Только холодно очень на ней

Трупы в гору сгребает бульдозер
Беспрерывно стучит пулемет
Кто под танком лежал на морозе
Тот историю эту поймет.

Хорошо умирает пехота
Атакует отчаянно в лоб
Превращаясь у финского дота
В занесенный порошей сугроб.

В молоко наши бьют батареи
В даль летит за снарядом снаряд
И опять комиссары-евреи
Посылают в атаку ребят.

Но напрасно стараются пушки
С синих сосен на том берегу
Одинокий их снайпер-кукушка
Больше наших оставил в снегу.

Всюду окоченевшие танки
Лед озер да гранит валунов
И из финской, из теплой землянки
Льется песня их «Нет Молотов!».

Этот почерк на мой не похожий
Написал за меня близкий друг
Я немножечко был обморожен
И остался по локти без рук.

Profile

wpoetry
wpoetry: поэзия войны
АВТОРЫ: ВЕСЬ СПИСОК

Latest Month

December 2010
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow